В прошлый раз мы разобрали теоретическую базу, которая необходима для понимания особенностей функционирования биосистем. Сегодня же наш колумнист Зверобой расскажет, как это соотносится с зоозащитной этикой и чем бесконтрольный гуманизм может повредить как животным, так и людям.
Новая социальная проблема
Кроме давнего конфликта мира диких животных и мира человека, в настоящее время появилась схожая проблема, возникшая в населенных пунктах и прилегающих к ним территориях. Речь о бродячих собаках, которые сбиваются в стаи и, защищая свои «угодия», представляют опасность для населения. Ситуация уже приобрела масштабы, которые трудно игнорировать.
Статистика нападений собак растет год от года, превращая улицы и пустыри в зону повышенной опасности. По данным СМИ, число нападений собак на людей в России за последние три года выросло более чем в пять раз. За этими цифрами кроется обширный список нанесенного ущерба здоровью, психологические травмы, а в некоторых случаях – человеческие жизни. Особую остроту проблеме придает то, что часто нападениям подвергаются дети и пожилые – наиболее уязвимые и беззащитные перед подобной угрозой члены общества.
Порой жители целых районов оказываются заложниками ситуации, боясь выходить на улицу, провожая детей в школу и опасаясь за собственных домашних питомцев. Этическая сложность ситуации заключается в том, что за практически каждой бродячей собакой стоит конкретная история: выброшенный хозяином или потерявшийся питомец, который выживает и затем производит потомство. А уже родившиеся на улице начинают жить по законам дикой природы. Зоозащитники совершенно справедливо указывают на то, что корень проблемы – не в самих собаках, а в безответственности человека. Однако это справедливое указание не решает главного вопроса: что делать с уже существующей популяцией животных, которые представляют угрозу для людей?
Работающие полумеры
Зоозащитное движение в России заслуживает уважения как проявление гражданской позиции и моральной ответственности общества. Однако, когда защита животных превращается в самоцель, игнорирующую научные данные и прагматические соображения, она начинает работать против тех самых ценностей, которые декларирует.
Наиболее ярко это проявляется в сфере регулирования численности бродячих собак. Программа ОСВВ (отлов – стерилизация – вакцинация – возврат), которую зоозащитники продвигают как единственно гуманный метод, стала в некоторых регионах фактически безальтернативной. В Хабаровском крае краевой суд, удовлетворив иск зоозащитников, полностью запретил эвтаназию здоровых животных и отменил даже возможность усыпления собак с «немотивированной агрессией».
Суд признал незаконными критерии, позволявшие усыплять собак, включая наличие стаи из четырех и более особей возле социальных объектов и ограничение по росту в холке. В результате, единственным законным методом работы с безнадзорными животными стала программа ОСВВ, при которой стерилизованные собаки возвращаются в прежнюю среду обитания – на улицы.
Однако научные данные свидетельствуют о том, что программа ОСВВ в ее нынешнем виде не решает проблему, а, зачастую, лишь усугубляет ее. Стерилизованные особи, возвращенные на улицы, продолжают занимать свою территорию и защищать ее от других животных, что не снижает, а иногда и увеличивает агрессивность стай. Более того, стерилизация не устраняет охотничьи инстинкты и территориальное поведение у одичавших собак, что по-прежнему является основной причиной нападений на людей.
Бесконтрольный гуманизм
Еще одна проблема, лежащая в основе конфликта между зоозащитниками и регуляторами, имеет форму чрезмерного попечительства над животными, которая в крайних своих проявлениях перерастает в патологию. Речь идет о синдроме накопительства. Человек, движимый искренним желанием «спасать», собирает животных в количествах, несовместимых с их нормальным содержанием. Как отмечается в научной литературе, «накопительство животных – это серьезное поведенческое расстройство, которое перегружает накопителей и воздействует на множество животных, заставляя их страдать в неподобающих, антисанитарных и скрытых от посторонних глаз условиях».
Трагедия заключается в том, что благие намерения оборачиваются жестокостью. Накопители не признают, что не могут обеспечить животным должный уход, и продолжают собирать новых питомцев, обрекая их на голод, болезни и страдания. Как подчеркивается в ряде социальных исследований, «миссия накопителя по спасению животных вырождается в модель хронического пренебрежения нормами содержания, жестокости и последующей смерти самих питомцев».
Этот феномен – крайнее проявление той же логики, которая в более мягких формах проявляется в деятельности некоторых зоозащитных организаций: убежденность в том, что любое гуманистическое вмешательство в жизнь животных оправдано, если оно продиктовано заботой. И что никакие прагматические соображения не могут перевесить эту заботу. В итоге получаем парадоксальную ситуацию, когда любовь и забота оборачиваются страданиями для тех, на кого все это направлено.
Разумный компромисс
Тут появляется и еще одна этическая проблема: абсолютизация защиты животных без учета их реальных потребностей приводит к результатам, противоположным изначальным намерениям. И чтобы этого избежать, нужно найти такой компромисс, который будет включать несколько ключевых элементов:
-
Во-первых, регулирование численности хищников в дикой природе должно осуществляться на основе научно обоснованных квот, учитывающих как необходимость сохранения экологического баланса, так и безопасность людей;
-
Во-вторых, вопрос бродячих собак должен ориентироваться на профилактику: обязательная регистрация и чипирование домашних животных, строгий контроль за разведением, жесткая ответственность за выбрасывание питомцев на улицу;
-
В-третьих, для агрессивных особей и для стай, представляющих прямую угрозу безопасности, должны быть предусмотрены более решительные меры, включая эвтаназию как крайнее, но необходимое средство.
Этический императив, лежащий в основе этого компромисса, может быть сформулирован следующим образом:
«Общество несет фактическую и моральную ответственность перед животным миром, но эта ответственность не должна отменять право человека на безопасность и негативно влиять на благополучие экосистем в целом. Подлинный гуманизм заключается не в абстрактном принципе «не убий» по отношению ко всем без исключения живым существам, а в способности принимать сложные, ответственные решения, учитывающие весь спектр последствий для экологического баланса в настоящем, так и для будущего»Зоозащитники, зачастую, рассуждают эмоционально, не подходя к проблеме с научной точки зрения. С этим утверждением можно спорить, но нельзя игнорировать сам факт: популяция хищников растет, а механизмы регулирования блокируются. Как итог: голодные хищники действительно выходят к домам, страдают люди, домашние животные и сами хищники, обреченные на голодную смерть или отстрел в неконтролируемых условиях создающим предпосылки для браконьерства. А те, кто на словах «выбирает медведя», как правило, животных видят лишь на экране смартфона.
Проблема соотношения зоозащитной этики и регуляции численности животных не имеет простого решения. Общество нуждается в разумном компромиссе, основанном на научных данных и здравой оценке необходимости вмешательства. Управление популяциями животных – это подход, который признает право человека на вмешательство в природу, но налагает на него обязанность осуществлять это вмешательство разумно, ответственно и с уважением ко всем формам жизни.
